30.11.2021

Муж в подарок, неприятности прилагаются

Глава 10

День поступления в Академию Пяти Стихий неумолимо приближался, но я не могла сосредоточиться на учебе. Все мои мысли были только о Нейтане и Милли, а еще об Элизабет. Мои страхи рисовали самые худшие последствия появления ее в нашей жизни. Поддавшись моменту, я хотела отказаться от академии вообще. Пойти к Нейтану, признаться в своих чувствах и сказать, что мне не нужна академия, не нужна артефакторика, что я согласна быть просто женой и мамой. До его кабинета я так и не дошла. Длинные коридоры в поместье могут творить чудеса. Пока шла по ним, я поняла, что не смогу соврать ни Нейтану, ни себе. С тринадцати лет я мечтала стать артефактором. Известным, сделавшим прорыв в своей области. Я не смогу довольствоваться ролью жены. Замерев на месте, я растерялась, не зная, что мне предпринять, чтобы сохранить свой брак и не потерять саму себя. Мой взгляд скользил по стенам, вазам с цветами и наконец зацепился за огромную картину в позолоченной раме. Раньше я ее не замечала. Странно. Подойдя ближе, я узнала на ней Арику. Она улыбалась, держа на руках маленького мальчика с золотистыми волосами и карими глазами. Малыш тоже улыбался, обнимая небольшую деревянную лошадку.

– Ты ее все–таки увидела, – с грустной улыбкой заметила мисс Верон, подойдя ко мне. Никогда не привыкну к ее внезапным появлениям!

Ее тонкие пальцы притронулись к лицу ребенка.

– Это твой сын? – Вопрос был риторическим. Женщина еле сдерживала слезы, рассматривая портрет.

– Да. Мой.

Поджав губы, она отошла от картины.

– Кристалл разрядился, не могла бы ты? – Она кивнула на камень в раме. Отвод глаз. Вот почему я не замечала картину раньше! Маленькие искорки уже прыгали на кончиках пальцев, и я поднесла их к камню. Моя молния одним зарядом наполнила камень, и картина исчезла у меня на глазах.

– Я не знала, что у тебя был ребенок. – В коридоре стояла тишина, и мой голос, казалось, звучал ужасно громко.

– Эта картина была нарисована накануне моей смерти. В этот день Ирвин подарил ему лошадку. Сын все время норовил засунуть ее в рот. У него как раз вылез зубик. Краска на лошадке оказалась плохой, поэтому от слюней один глаз лошадки размазался, но эта игрушка еще долгое время оставалась самой любимой.

– Что с ним случилось? Его тоже убили? – Наверняка убийцы Арики не пощадили и малыша.

Женщина вздрогнула.

– Я не хочу говорить об этом. – В ее голосе зазвучала сталь. Я пересекла черту. Мне стало стыдно за свою бестактность.

– Поработаем сегодня, или ты будешь готовиться к экзамену? – беззаботно спросила Арика, на ее лице словно застыла маска. Еще секунду назад она была неимоверно печальной, и вот – слезы высохли, а на лице играет мягкая улыбка. Какая странная женщина…

– Надо бы, но боюсь, не смогу осилить и несколько страниц, – грустно ответила я. В отличие от Арики я не умела так управлять своими эмоциями.

– Что–то случилось? – участливо поинтересовалась женщина.

– Ты знаешь первую жену Нейтана? – Как же я сразу не догадалась поговорить с Арикой? Кто–кто, а она точно сможет ответить мне на все вопросы и при этом не осудит мой интерес.

– Элизабет? – удивилась мисс Верон, но, увидев мой кивок, фыркнула. – Имела столь незавидную честь. А почему ты о ней вспомнила?

– Элизабет хочет общаться с Милли, – не видя смысла ходить вокруг да около, ответила я.

– Что? – Глаза женщины выражали не просто удивление, а даже неверие. – Не думаю, что Нейтан подпустит ее к дочери после всего, что она натворила.

– Оказалось, что она была под действием приворота.

– Быть этого не может! Врет она все!

Мисс Верон принялась нервно вышагивать вдоль стен. Я же рассказывала то, что знала. Мое повествование не нравилось будущей хранительнице рода. Она уже не просто шагала, а казалось, забивала гвозди каблуками. Ее поведение заставляло меня сомневаться в собственных словах.

– Нейтан проверил историю Элизабет, нашлись факты, подтверждающие ее слова, – закончила я неуверенно.

– Значит, хорошо врет! – воскликнула Арика, остановившись на месте. – И доказательства подготовила заранее. Я видела, как она собирала вещи в тот день, и на магиню под приворотом она походила меньше всего.

Арика говорила убедительно, а последняя ее фраза необычайно порадовала меня. Я чуть в ладоши не захлопала от счастья! Если Элизабет обманула Нейтана с приворотом, то она точно не появится в нашей жизни!

– Ты уверена? – уточнила я перед тем, как спешить в кабинет к мужу.

– Приворот действует ослепляюще. Элизабет должна была лететь к возлюбленному, отбросив все иные блага, а она своей служанке приказала вещи подготовить, сама украшения отбирала и письмо еще Нейтану написала.

– Мы должны все рассказать ему! – Подхватив юбки, я ринулась в нужном направлении, но путь мне перегородила Арика. Ее лицо выглядело виноватым.

– Боюсь, он мне не поверит. Я всегда недолюбливала Элизабет и никогда не скрывала этого.

Я чуть не взвыла в голос. Замерев на месте, судорожно решала, верить ли Арике, может ли она быть беспристрастной? И главное, готова ли я доверять ей и поговорить с Нейтаном.

– И ты не веришь мне! – зло воскликнула Арика, видя мое замешательство. Я не успела и слова сказать, как она уже растворилась в стене, оставив меня одну в коридоре.

Я совсем не хотела обижать Арику, но её неприязнь к Элизабет была заметна. Нейтан точно усомнится в правдивости слов такого свидетеля, а я уже усомнилась в объективности женщины.

Стоять в коридоре было глупо, и я направилась в библиотеку к любимому креслу, которое заприметила еще в первые дни в поместье. Старый друг стоял все там же, рядом с ним появился маленький комод с резными ножками и гладкой поверхностью, на которой уже разместилась стопка книг. Большинство из них повествовали о легендах, связанных с богом Кардом. Открыв первую попавшуюся книгу, я прочла:

«В момент великой скорби король Арвирг решил призвать в наш мир бога смерти и выторговать у него душу любимой жены. Ничто не могло его остановить: ни осквернение святыни богини жизни, ни жертвоприношение мага молнии королевского рода. Когда невинная кровь потекла по желобу алтаря и кинжал жизни был весь в крови, камень на том кинжале засверкал и рассыпался, открывая проход в мир мертвых. Бог смерти предстал перед королем…»

– Эмма, я так и знала, что найду тебя здесь. – Голос Марты отвлек меня от книги.

– Рада видеть тебя. – Сегодня подруга выглядела необычайно свежо, нежно–бежевое платье, отделанное серебряной нитью, очень шло ей. Темные волосы девушки были собраны в высокую прическу, и только несколько прядей обрамляли миловидное личико.

– Ты выглядишь очень счастливой! – Марта, немного покраснев, присела в кресло напротив.

– Матушка прислала мне письмо. Один достойный молодой мужчина просит моей руки.

– Кто он? Вы встречались ранее?

– О нет. Я его не видела, но он видел мой портретик у матушки, и он ему очень понравился.

– Марта, но как можно попросить руки, видя девушку лишь на портрете? – Моя улыбка сползла с лица, такой поступок мужчины настораживал. Он настолько увлекающаяся натура, или ему настолько безразлично, кто будет его спутницей жизни? Оба варианта мне не нравились.

– Ты просто не желаешь мне счастья! – Марта буквально вылетела из библиотеки. Я же долго смотрела ей вслед. Как же так получается, что я за несколько минут смогла обидеть сразу двух своих подруг? Подхватив несколько книг с комода, я пошла в свои покои, боясь столкнуться с кем–то еще. Довольно ссор и обид на сегодня.

За ужином к нам вновь присоединился Адам. Последнее время его компания стала уже привычна. Мужчина был отличным рассказчиком, они с Милли соревновались друг с другом, рассказывая интересные истории. Нам же с Нейтаном доставалась роль благодарных слушателей. Я внимательно слушала все рассказы, а вот Нейтан… Он, казалось, не слушал никого. Не знаю, о чем он думал, но от его взглядов мне становилось жарко. Серые глаза заставляли мое сердце трепетать, а едва весомые прикосновения мужа распаляли огонь в моем теле. К концу ужина я уже с трудом понимала, о чем говорит Адам.

– Эмма, ты ведь пойдешь на экзамен в первый день отбора? – Вопрос Адама застал меня врасплох.

– Наверно, – неуверенно ответила я, вспоминая, какое сегодня число и когда назначен отбор адептов.

– Отлично! Тогда уже завтра ты сможешь похвастаться значком академии!

– Завтра, – повторила я за Адамом. Так быстро. Ладони вмиг стали влажными, и я, ища поддержки, взглянула на мужа. Нейтан, поймав мой обеспокоенный взгляд, не только улыбнулся, но и впервые за ужин присоединился к разговору:

– Значит, завтра вечером ждем тебя, брат. Поступление в академию – это знаменательное событие для Эммы, его следует отпраздновать.

– С радостью, – принял приглашение Адам и, отставив чашку, обратился к Милли: – Хочешь, я расскажу тебе сказку на ночь?

– Про огромного дракона? – восторженно предложила малышка.

– О да! Про золотого дракона Иоланна Победоносного, первого короля драконов. – Адам уже подхватил Милли на руки.

Мы с Нейтаном смотрели вслед парочке, когда муж заметил:

– Из Адама получился бы замечательный отец.

– Ты прав. – улыбаясь, ответила я, представляя Адама в роли отца. Как он бережно держит на руках новорожденного малыша, агукает ему в ответ и поправляет одеяльце, когда тот засыпает. Интересно, каким был Нейтан? Это мысль почему–то вызвала во мне ревность. Ведь сразу между нами встала тень Элизабет. Моя фантазия рисовала радужные картины счастливой жизни супругов. Вот Элизабет медленно спускается по лестнице, а Нейтан идет рядом, поддерживая ее. А вот она сидит в саду, любуясь цветами, сильные руки Нейтана заботливо накрывают ее плечи накидкой. Пытаясь отогнать эти видения, я слегка замотала головой. Однако последняя картина все же ярко вспыхнула, перед тем как раствориться.

Широкая ладонь Нейтана на округлом животе другой женщины.

Настроение испортилось, и я вяло ковыряла яблочный пирог, глядя в тарелку. В какой момент Нейтан вышел из–за стола и подошел ко мне, я не заметила. Сильные руки опустились мне на плечи, и его теплое дыхание обожгло кожу щеки.

– Твои мысли, о чем бы они не были, хмуры, как небо осенью. Я хотел бы прогуляться с тобой по саду перед сном, что скажешь?

– С радостью составлю компанию. – Положив вилку, я встала из–за стола.

Сад встретил нас сумерками. Солнце почти скрылось, в воздухе уже ощущалась ночная прохлада. Мы шли держась за руки и молчали. Молчание стало нашим спасением и проклятием. Оно не тяготило, но скрывало все чувства, заставляя лишь догадываться о них. В любой другой ситуации можно было бы и дальше прятаться в нем, но когда на пороге стоят тени прошлого, а передо мной открывается так много дверей …

– Я хотела спросить…

– Я хотел сказать…

Начали мы одновременно и так же замолчали.

– Что ты хотела спросить? – Нейтан ласково улыбнулся.

– Как я буду добираться из академии домой? – не то, что я хотела спросить. На самом деле меня мучили другие вопросы. Какие чувства ко мне испытывает муж? Как будут проходить встречи Элизабет и Милли? Что мы скажем дочери? Я вновь свернула на безопасный путь.

– Адам внес координаты моего отдела в телепорт академии.

– Мы будем вместе возвращаться домой?

– Да, я буду брать работу домой.

Я обрадовалась: больше никаких задержек на работе. Милли будет счастлива.

– А что ты хотел сказать? – Я надеялась услышать что–то важное.

– Что ты безумно красива. – Мы остановились, и муж обнял меня за талию, притягивая к себе. – И желанна, – выдохнул он мне в лицо, приближаясь.

Мягкие губы и сильный напор, я просто плавилась в руках мужа. Все вопросы вылетели из головы, мои ответы были в этом поцелуе. Я любима, я желанна, я – его женщина.

***

Шагнув из телепорта, я оказалась в толпе адептов. Все спешили, кто–то читал на ходу, кто–то посматривал на часы, быстро шагая по площади. Я растерялась. Меня никто не встречал, и я не знала, куда идти. Покрутившись на месте, решила спросить дорогу у проходящего мимо адепта.

– Артефакторы в той башне. – Его рука указала на вторую от меня башню. Я заметила развевающийся флаг, и мне стало стыдно. Не увидеть знамя факультета – какой позор! Я поспешила к башне, обещая самой себе впредь быть более внимательной. В коридоре везде висели стрелочки–указатели, поэтому к приемной комиссии я подошла довольно быстро. У двери уже толпилась небольшая группа ребят. Парни окинули меня взглядом, некоторые из них ехидно улыбнулись и тут же мысленно вычеркнули меня из списка поступивших. Я же невозмутимо встала в очередь. Стараясь сосредоточиться на экзамене, прикрыла глаза: маленькие молнии полыхали внутри, показывая мое волнение.

Вдох и выдох, вдох и выдох, молнии перестали искрить. Глубокий вдох носом и медленный выдох ртом, мои молнии растворились во мне. Моя магия стабильна, а я спокойна. Открыв глаза, заметила, что передо мной осталось всего двое парней. Один судорожно читал конспекты, а другой, облокотившись на стену, рассматривал проходящих мимо девушек, посылая им улыбки. Таким любвеобильным парням только к боевым магам идти. Интересно, что он забыл на факультете артефакторики? Заметив мой взгляд на себе, парень не только улыбнулся, но и подмигнул мне. Вздернув подбородок, ответила холодным взглядом и тут же перевела его в сторону.

Когда подошла моя очередь, я была спокойна и сконцентрирована. В кабинет зашла уверенно, мягко улыбнулась всем и присела в книксене.

– Добро пожаловать на экзамен, графиня Флеминг, – обратился ко мне Глава комиссии Рейн Крог, декан факультета. Я не только читала его работы, но даже выучила одно из его плетений. Оно хоть и энергозатратное, но если мне удастся его использовать по заданию, это будет достойное прохождение экзамена.

– Вы можете тянуть билет, – подтолкнула меня к действию одна из преподавателей. Я не знала ее, но эта леди мне понравилась.

Когда я коснулась конверта, поймала взгляд Адама. Его присутствие придавало мне уверенности.

Раскрыв билет, я прочла задание.

1. Ювелирные разновидности группы турмалина. Магические свойства камней, способы обработки и места применения.

2. Практическое задание.

– Готовы отвечать? – спросил Адам, и я кивнула.

Теоретический вопрос был простым.

Перечислив все семь видов камней данной группы, я остановилась на каждом минерале, подробно описывая внешний вид, схемы энергоплетения камня, его свойства и сферы применения. Комиссия не перебивала, уточняющие вопросы не задавала, а внимательно слушала. Адам открыто демонстрировал свою поддержку, леди внимательно меня разглядывала, а декан усмехался.

– Скажите, графиня Флеминг, правильно ли я понял, что вы связаны узами брака? – перебил мою речь декан.

– Все верно. – Я не совсем понимала, к чему столь личный вопрос на экзамене и каким образом он относится к происходящему, но постаралась ответить спокойно.

– Позвольте узнать, к какому роду вы принадлежали до этого счастливейшего момента?

Я усмехнулась: декан признал папину школу?

– Я дочь графа Вельмонда.

– Теперь мне понятен уровень вашей подготовки. Переходите к практическому заданию. – Декан махнул рукой в сторону стола. На нем находились камни, стояли зелья и на бархатной ткани лежали три артефакта. Подойдя ближе, я услышала мелодичный голос леди:

– Перед вами три артефакта. Каждый из них лишен одного из своих камней. Вам необходимо найти нужный камень и положить его возле артефакта.

Я вздохнула, ведь подумала, что моей задачей станет починка. А найти нужный камень довольно просто. Первым артефактом оказалось кольцо. Простое на вид, но его плетение было таким плотным, что сразу стало ясно, как силен этот артефакт. Рассматривая камни, я остановила свой взгляд на прозрачном бриллианте, ощущая, как сильно заряжен камень. Обычно бриллианты не заряжают так сильно, ведь тогда они сверкали не столь ярко. В случае же с этим кольцом подобное обращение с камнем было оправданно. Я уверенно положила бриллиант рядом с перстнем и перешла ко второму заданию. Тонкий кинжал с искусно инкрустированной рукояткой, на которой отсутствовал маленький камушек в центре композиции. Плетение в том месте было порвано, значит, камень замыкал его. Не так много минералов можно использовать для завершающего этапа плетения. Из представленных всего три: изумруд, рубин и жемчуг. Последний абсолютно не подходил по художественной структуре, но именно к нему тянулась моя рука, именно на нем я ощутила отпечаток плетения. Я была не уверена в своем выборе, но положила жемчуг у кинжала и перешла к третьему заданию. На кожаном шнурке висел простой медный ободок. Камень должен быть единственным украшением. Посмотрев на минералы, я поняла, что любой может стать частью этого ободка. Выбрать было невозможно, не зная ничего об артефакте. Я всматривалась в плетение. Оно было разорвано в клочья. Те обрывки, что остались, могли принадлежать почти любому плетению. Я нахмурилась, не зная, что делать: признавать свою неудачу, когда озвучила имя отца, было бы просто ужасно. Я решила рискнуть. Раз украшение настолько невзрачно, то, скорее всего, его хотели сделать незаметным. Неприметными делают обычно очень сильные вещи для путешественников. Такие артефакты охраняют их в пути, и разбойники обойдут такое украшение стороной. Топаз, как и аквамарин, защищают при морском путешествии, но море находится далеко. Я отложила эти камни в сторону. Остались агат, берилл, аметист и гагат. Алмаз я не стала даже рассматривать – слишком дорогой камень, он в любой огранке привлечет внимание. Но что не привлечет? Черный гагат, разновидность каменного угля, недорогой камень, встречающийся повсеместно. Однако он таил в себе большую силу. В пути он не только оберегал владельца от краж и неприятностей в дороге, но и впитывал в себя негативную энергию, даже самую сильную и опасную.

Сделав свой выбор, я отошла в сторону.

– Однако, – хмыкнул декан. – Поздравляю вас, отныне вы адептка нашей академии. Пройдите в секретариат, вам там все расскажут.

– Благодарю. – Мой голос немного дрожал. Надо же – рискнула и угадала! Не опозорилась! Присев в книксене, я поспешила покинуть аудиторию и уступить свое место следующему.

Столкнувшись в дверях с девушкой, я обратила внимание на белоснежные кудри. Хотя лица не успела рассмотреть, но волосы, вернее, их цвет, казались мне до боли знакомыми. Вспомнить бы, где я их видела!

Мысленно пожелав ей удачи, я поспешила в секретариат. Он оказался в том же коридоре, только чуть дальше. Очереди не было, поэтому я с лёгким стуком зашла в кабинет. Миниатюрная девушка в черном платье сидела за огромным столом.

– Добрый день. – Поздоровавшись, я оглядывала кабинет в поисках секретаря, но больше никого не было в помещении.

– Вы наша новая адептка? – Видя мое замешательство, девушка махнула рукой на кресло, приглашая присесть.

– Да. Меня зовут Эмилия, адептка Флеминг.

– Рада знакомству. Я Софи, адептка Форен. Третий курс, боевая артефакторика.

Вот это да! К артефакторам–девушкам всегда относились снисходительно, доверяя им мелкую работу или разработку эскизов. И то мастера несколько раз перепроверяли их работу. А артефактор, занимающийся оружием или боевыми артефактами – это нонсенс!

Видно, моя мимика была слишком красноречивой. Девушка засмеялась, откидывая свои огненно–рыжие кудри назад.

– Простите, Софи, – извинилась я перед секретарем. Теперь никаких сомнений у меня не было.

– Да пустяки, – она махнула рукой, – я уже привыкла. Давайте оформлять документы?

Я радостно кивнула, мне уже не терпелось взять в руки значок факультета.

Спустя четверть часа я выходила из секретариата с несколькими браслетами – пропусками и долгожданным значком. Золотой круг с гравировкой «Созерцай, изучай, твори», а в середине камень. Сейчас обычный халцедон, но на третьем курсе, когда я выберу специализацию, на его месте может появиться даже сапфир. Это, если я решусь связать свою жизнь с ментальной магией и иллюзией. Возможно, я пойду по папиному пути и стану заниматься бытовой артефакторикой, тогда на моем значке будет янтарь. Пока я еще не знала наверняка, но у меня есть еще два года, чтобы почувствовать свою стезю. В одном я была уверена: боевая артефакторика точно не мое, да и рубин мне не идет.

Приближаясь к жилому корпусу, я надела на руку один из браслетов. Ловко застегнув его, быстро поднялась по ступенькам, почти взлетела. Виной всему не отсутствие времени (его у меня было с излишком), а чувство эйфории, которое наполняло меня безудержной энергией. Поднеся браслет к кристаллу, я дождалась, пока он засияет белым, и прошла в холл.

Я словно домой попала! Уютно обставленное помещение напоминало, скорее, гостиную в канун праздника, чем холл учебного корпуса. Повсюду мягкие диваны, кресла, рядом с ними журнальные столики и небольшие тумбочки на высоких ножках. На стенах висели красивые картины: пейзажи и портреты знаменитых артефакторов. Мягкое освещение, статуэтки, напольные вазы и камин – все это создавало атмосферу домашнего уюта.

– Первый курс? – раздался строгий голос сбоку, и я оглянулась в поисках собеседника.

Женщина средних лет терпеливо ждала моего ответа.

– Да.

– Ваш браслет, – потребовала она, и я протянула ей руку.

– Ваша комната на первом этаже, номер восемь. Устав академии, список учебной литературы и расписание на вашем столе. По всем вопросам вы можете обращаться ко мне, но по пустякам советую не беспокоить. Вы все запомнили, адептка Флеминг?

– Да. – Я немного растерялась, но в целом картина была ясна. Уже сейчас я понимала, что эта леди будет последней, к кому я обращусь за помощью.

В холл вошли два парня, и женщина, ничего не сказав мне на прощанье, поспешила к ним. Я же поспешила найти свою комнату. Софи, несмотря на мой рассказ о проживании вне стен академии, заверила, что комната мне необходима. Спорить я не стала, а после слов комендантки поняла правоту девушки.

Приложив браслет, открыла дверь. Небольшая прихожая–гостиная и две двери. Заглянув в обе комнаты, я поняла, что жить мне придется с соседкой. Вернее, не жить, а сталкиваться время от времени. Обе комнаты словно близнецы, так что выбор был лишь условным.

На столе меня действительно ждали толстая брошюра под названием «Устав академии» и два листка: на одном список книг, на другом расписание. Судя по увиденному, в первом семестре у нас будет всего лишь пять предметов. О камнях я знала почти все, поэтому, увидев геммологию, обрадовалась: по основам частной практики у меня уже имелся опыт. Я часто сопровождала отца на встречи с поставщиками, заказчиками, да и отчетность по доходам в департамент относили мы вместе, так что эти два предмета были мне хорошо знакомы и опасений не вызывали. В артефакторике и материаловедении я была не столь уверена в своих силах. Безусловно, кое–какие умения и знания у меня есть, но наверняка я узнаю очень много нового на этих занятиях. Единственным предметом, что вызывал во мне легкую панику, была изометрическая проекция. Все эскизы, что я делала в папиной лаборатории, не подходили. Некоторые из них отец переделывал, а некоторые просто выбрасывал, говоря, что они безнадежны. Такой же я чувствовала и себя, когда речь заходила о создании ювелирной части артефакта. Конечно, артефактор может и не делать ювелирную работу, а брать готовое украшение. Многие так и работали, сотрудничая со знаменитыми ювелирами. Опуская то, что сила артефакта будет значительно меньше. Под определенное плетение необходим определенный набор камней с нужной огранкой, не говоря уже о том, что ювелир, создавая свое творение, накладывает на него отпечаток и своей силы.

– Я все смогу! Нет ничего невозможного! – успокаивая и вдохновляя себя на подвиги, повторяла я девиз Адама. Странно, но это работало. Появлялась уверенность в своих силах и желание ринуться в бой, показать себе и всему миру, на что я способна.

Теплота от кулона, висевшего на шее, заставила меня повременить со взятием преград.

– Доброе утро, матушка. – Улыбаясь, я подошла к кровати и присела на нее.

– Доброе утро, милая. Как ты?

– Все просто замечательно. Я поступила в академию! – Радость переполняла меня, и я легла на подушку, уставившись в потолок.

– Рада слышать, что ты счастлива. – Я чувствовала, что мама улыбается, говоря это.

– А как девочки? Как папа?

– Энни увлечена живописью, Мадлен – книгами, а отец – новым артефактом. – Едва мама замолчала, как я услышала душераздирающий крик и звон посуды, а затем мамин строгий голос: – Алирия, прекрати верещать и прибери за собой!

– Что происходит? Почему Алирия кричала? – Я даже привстала с подушки, пытаясь собраться с мыслями.

– Не бери в голову. Мне стоило предупредить слуг о поднятии Джингилса.

– Джингилс умер? – Перед глазами встал образ конюха, который учил меня сидеть в седле.

– Неудачно упал со Стремительного. – Мамин голос был полон грусти и сожаления. За столько лет, что Джингилс проработал в нашей семье, мы успели не только оценить его по заслугам, но и искренне полюбить.

– Ты его подняла?! – Я была возмущена до глубины души! Как отец позволил подобное?

– Эмилия, у него не было семьи, самыми близкими для него были лошади, и я уверена, он был бы рад дать свое согласие, если бы я могла у него спросить!

– Но ты не знаешь наверняка! – Образ истинной леди в лице моей матери таял на глазах. Как много мы не видим, ослепленные любовью к родным! Прав был папа, говоря, что у некромантов нет ничего святого.

– Отец знает об этом?

– Эмма, но разве я могу показать недоделанную работу? – Я еле сдерживала злость, больше всего мне хотелось связаться с отцом и открыть ему глаза на мамины эксперименты.

– Кстати, Эмма, а от зомби графа Флеминга идет неприятный запах?

– Неприятный запах?

– Запах разложения, например?

Я убрала руки от кулона, прерывая связь, больше говорить с мамой я не могла. Боюсь, я окажусь слишком несдержанной в высказываниях. Пройдя несколько кругов по комнате, я схватила список и карту академии, спеша в библиотеку за учебниками.

На протяжении всего пути я пыталась успокоиться, но возмущение было слишком велико. Одно дело, когда маг сам, еще при жизни, дал согласие на поднятие, или заключенный не успел отработать свое наказание, но взять и поднять бывшего слугу! Это не просто некрасивый поступок, это нарушение закона. Когда папа узнает, он придет в ярость, мама ведь обещала ему держать себя в рамках правил. В прошлый раз, когда она случайно подняла целый склеп родственников первого советника Императора, нас спасло только чувство юмора того самого советника. Боюсь, в этот раз оно нам не поможет. Вот не зря папа запретил маме заниматься практикой. Теперь я его понимаю, а раньше жалела маму. Считая, папу… Да, перед ним я определенно виновата.

Тяжело вздыхая и время от времени сверяясь с картой, я пришла в библиотеку. Адептов было еще мало, все–таки первый день отбора, да и прошла экзамен в числе первых.

– Доброе утро, – вежливо поприветствовала я женщину–библиотекаря.

– Доброе, – без энтузиазма ответила она мне, оторвав взгляд от картотеки. – Первый курс? Давайте список учебников.

Я молча протянула лист. Что–то все здесь какие–то недружелюбные, что комендантша, что библиотекарь, надеюсь, преподаватели лучше. От этих мыслей эйфория выветривалась, просто исчезала, растворяясь в хмурых взглядах и недовольно поджатых губах. Ощущение чуда и радость от поступления – тоже.

Пробежав глазами по моему листику, библиотекарь повернулась ко мне спиной, так что я смогла рассмотреть ее длинную толстую косу. Несколько взмахов руки, и к женщине со стеллажей устремились пять книг. Маг воздуха умело опустила стопку на столик рядом со мной и, положив сверху мой список, громко сказала: «Следующий!»

– До свидания.

Отойдя с книгами в сторону, я остановилась и посмотрела, как и следующему адепту выдали учебники.

– Ловко она, правда?

Рядом стоял тот самый покоритель сердец. Говорить с ним мне не хотелось, поэтому, кивнув, я поспешила покинуть его общество.

– Давай помогу донести книги, мы ведь на одном факультете учимся, – спустя пару мгновений догнал меня парень.

– Не стоит, мне вовсе не тяжело.

Мой шаг ускорился, но парень не отставал.

– И все же я настаиваю. Прекрасным леди ни к чему нести тяжести.

Оказавшись впереди меня, он преградил путь. Наши взгляды схлестнулись в поединке. Он потянул на себя мои учебники, я же, крепко вцепившись в них, была не намерена их отпускать.

– Что за упрямство, леди? – с усмешкой спросил парень, придерживая одной рукой свою стопку и продолжая тянуть другой мои учебники.

– Что за настырность? – в тон ему ответила я, сжимая зубы, чтобы не сказать чего–то более едкого.

Резкий рывок, и две книги вылетели у меня из рук, а вместе с ними назад полетел и парень. Время будто замедлилось, а я, застыв на месте, смотрела, как парень налетел на девушку, которую я видела на экзамене.

Она, пытаясь уйти от столкновения, отпрыгнула в сторону, но он все равно сбил ее с ног, и они упали друг на друга. Девушка оказалась сверху на парне. Рукой она ударила его в лицо, и тот тихонько застонал.

– Что здесь происходит? – Никогда прежде не слышала в голосе Адама столько холода. Быстрым шагам он подошел к ребятам и поднял девушку. Ее щеки были пунцовыми, но она не прятала взгляда, смотря в лицо деверю.

– Адептка Карсен, вижу, вы уже нашли себе будущего мужа, – бросив взгляд на парня, едко подметил магистр. – Может, не стоит продолжать обучение?

– Это не то, что вы подумали, магистр. – Девушка гордо задрала подбородок. – Брюнеты не в моем вкусе.

Ее дополнение вызвало смешки у наблюдавших, но Адам лишь скрипнул зубами и отошел в сторону.

– Адепт Морин, поднимите книги, и я вас с адепткой Карсен жду у себя в кабинете через пять минут.

Отвернувшись от ребят, он подошел ко мне.

– Эмма, если ты ос вободилась, могу открыть тебе портал к Нейтану.

Взглянув на две книги в руках адепта Морина, я поспешила прояснить ситуацию:

– Магистр Флеминг, адептка Карсен не виновна, она просто шла, ее случайно сбил с ног адепт Морин, который слишком настойчиво предлагал мне помощь.

Нахмурив брови, Адам развернулся к адептам. Парень сохранял спокойствие, держа и свои, и мои книги, а вот девушки уже не было. Подойдя ближе к адепту, Адам забрал у него мои учебники. – Это, как я понимаю, принадлежит не вам. Научитесь принимать отказ достойно, а пока, я думаю, вам поможет отработка в саду у мистера Росса.

Садовые работы пришлись не по душе парню, но он лишь коротко кивнул, принимая свое наказание.

– Можете быть свободны.

Учебники вернулись ко мне, и Адам повел меня к телепорту. Путь оказался коротким, поэтому мы успели лишь перекинуться парой фраз. Введя символы и активировав телепорт, Адам пообещал не опаздывать на ужин и поспешил в кабинет. Наверняка адептка Карсен уже ждет его. Неловко получилось, надо будет извиниться перед девушкой, ведь по сути я виновата в произошедшем. Прижав стопку с книгами к себе, я шагнула в портал.

Идя по коридорам к кабинету мужа, я видела много следователей. Одни куда–то спешили, другие шли размеренно, что–то говоря в кристалл. Поднявшись на второй этаж, прошла через огромный холл, в котором работали одни девушки. На их столах, кроме пишущих инструментов, лежали такие же кристаллы, что я видела в руках следователей.

– Это нововведение его сиятельства, – заметив мой интерес, пояснил секретарь мужа. —Теперь всю отчетность для архивов ведут девушки. У них почерк разборчивее и аккуратнее, а главное, наши следователи теперь могут заняться розыскной работой, а не бумажной.

– Какие кристаллы используются?

– Искусственный лед. – Вполне логично: недорого и практично. В случае опасности легко уничтожить записи. Это был лучший выбор из всех возможных. Я испытала гордость за мужа.

Остановившись у массивной двери, Лайнел, коротко постучав, открыл ее передо мной.

Нейтан поднял голову от бумаг и улыбнулся, увидев меня. Даже складочка между бровями исчезла. Он был рад, и эта его нежность во взгляде. Мое сердце затрепетало, и тепло разлилось по всему телу.

– Поздравляю с поступлением. – Нейтан вышел из–за стола и подошел ко мне.

– Спасибо. – Мой голос звучал хрипло потому, что рука мужа уже гладила мою шею, а его лицо приближалось к моему.

Мягкость губ и сильный напор одурманили, руки искали опору, хорошо, что книги были отданы секретарю… Испугавшись, я оборвала поцелуй и огляделась по сторонам. Мое смущение оказалось лишним, в кабинете мы остались одни. Надо же, я даже не заметила, как нас покинул помощник мужа.

– Не стану тебя больше соблазнять, цветочек, подожду ночи. – Легкий поцелуй как обещание, и мое сердце затрепетало от счастья, от любви. Признание почти сорвалось с губ, но в последний момент я успела их прикусить, боясь разрушить наш хрупкий мир.

– Пойдем домой! – позвал за собой мой мужчина, и я пошла с ним. Наши пальцы переплетены, мой мир сузился до одного человека. Нейтан вел меня к телепортатору, а я не замечала ничего и никого. Только теплая рука, держащая мою. Только профиль любимого лица и мягкая улыбка на губах. Только аромат моего мужчины. Вот он, мой мир. Здесь нет ничего лишнего и пустого.

Дом встретил нас громким криком Милли. Она бежала нам навстречу, а прыгнув в объятия, притянула нас обоих к себе. Мой мир расширился, стал более ярким и правильным. В эту секунду счастья я поблагодарила Нирту за ее милость, за мужа, без которого уже не представляла своей жизни, и за дочь, которая, словно солнышко, грела мою душу.

***

Ужин получился действительно праздничным, и дело даже не в блюдах, которые можно было бы смело назвать маленькими произведениями искусства, дело в самой атмосфере. Ощущение праздника витало в воздухе, в разговорах, смехе и улыбках. Адам и Нейтан наперебой желали мне успехов и пророчили судьбу великого артефактора, а Милли просто смеялась, наполняя столовую мелодией радости.

Все рухнуло в одночасье. Открылся портал, и из него буквально выпали двое: раненый мужчина с окровавленной грудью и перепуганная леди в порванном местами платье. Понять, ранена ли и она, оказалось трудно: лицо и одежда были испачканы кровью, однакёо женщина не стонала и не просила помощи. Она пыталась удержать мужчину, но медленно оседала под тяжестью его тела.

– Элизабет! – воскликнул муж, поднимаясь со своего места. Он явно не ожидал увидеть здесь свою бывшую жену. Тем более в таком виде. Всего секунда, и Нейтан уже подхватил ее и раненого, отводя их к дивану у окна. Адам снял с шеи какой–то кулон и надел на мужчину, который, кажется, потерял сознание. Элизабет же, повиснув на плече мужа, заплакала, сквозь ее всхлипы ничего невозможно было разобрать. Все это произошло так стремительно, что я не успела даже пошевелиться, осознать увиденное. Словно в трансе, я налила ей в бокал сок и подала. Женщина глянула на него с опаской, внимательно осматривая меня и бросая косой взгляд на Нейтана.

– Пей, – забрав бокал из моих рук, Нейтан поднес его к губам Элизабет. Видеть его заботу о другой женщине, бывшей возлюбленной, слишком больно.

– Я отведу Милли в ее комнату. – На самом деле я сбегала, прикрываясь заботой о дочери. Как же стыдно мне за мое малодушие!

Описание книги «Муж в подарок, неприятности прилагаются»

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.